За окном темнеет поросший соснами горный хребет, обрамляющий голую долину. Кое-где из-подо льда торчат пучки низкорослых кустов, увешанных сотнями красных, желтых, белых, синих ритуальных флажков. Такие флажки, исписанные буддийскими молитвами-мантрами, можно увидеть в Гималаях и на Тибете. Но дело происходит в Забайкалье, в 40 минутах езды из Улан-Удэ в пригород Иволгинск. Здесь в 1945 году в заболоченной низине был основан Иволгинский дацан — главный буддийский монастырь России.

Половина девятого утра, на улице минус десять. По выложенной брусчаткой дорожке, опоясывающей монастырь, уверенно шагает высокий молодой человек. На стриженую голову он накинул капюшон бежевой куртки, прячась от мороза и пронизывающего ветра. Ноги прикрывает плотная бордовая юбка — шамтаб, традиционный элемент костюма буддийских священнослужителей-лам. Жамьяну-ламе 28 лет, почти шесть из которых он провел в Иволгинском дацане. Раньше его звали Максим Аношкин. Летом 2006 года он впервые приехал сюда и сделал горо — молитвенный обход дацана по часовой стрелке. У буддистов с него начинается визит в любое святое место. Считается, что прогулка по намоленным местам способствует успокоению ума и накоплению добродетели.

Через каждый десяток метров на дорожке, опоясывающей дацан, установлены вращающиеся барабаны, набитые священными текстами. Некоторые вмещают до ста тысяч свитков с сокровенными словами. Один полный поворот такого барабана символизирует произношение записанной на свитках молитвы сто тысяч раз. С утра до позднего вечера в Иволгинском дацане сотни людей вертят десятки таких цилиндров. По большим буддийским праздникам сюда стекаются десятки тысяч верующих. Летом приезжают туристы — за год их бывает четверть миллиона.

Облик духовной столицы российского буддизма не очень соответствовал громкому статусу: в дацане не оказалось крепостных стен, величественных дворцов и внушительных келейных корпусов. Лишь несколько небольших храмов с вздернутыми по-китайски углами крыш и четыре десятка обычных русских изб, где теснятся ламы и послушники, которых здесь именуют «хувараками». Романтичной оторванности от мира тоже нет. Вокруг степь и «сибирская пастораль» с разнокалиберными деревенскими домами и дощатыми заборами. Но сотня машин на парковке перед дацаном в будние дни и забитые транспортом обочины подъездного шоссе по праздникам не дают забыть о близости Улан-Удэ. Всего за 40 минут от монастырских ворот можно добраться до центра столицы Бурятии с магазинами, кафе и кинотеатрами. А в каждом домике дацана найдется ноутбук с подключенным 3G-интернетом — буддисты не осуждают благ цивилизации.

Из четырех факультетов — философского, тантры (практика достижения состояния Будды, уделяющая особое внимание обрядам), медицинского и художественного — Максим выбрал первый как наиболее универсальный. Прошел вступительные испытания: изложение на тему, связанную с буддизмом, экзамены по английскому и истории, собеседование с ректором. И расстался с прической — обязательная для студентов и монахов стрижка «под ноль» символизирует отказ от привязанностей — одной из причин страдания людей.

Жизнь — есть страдание. Так гласит первая из Четырех благородных истин — базового учения буддизма, которого придерживаются все его школы. Причина страдания — в наших желаниях. Их удовлетворение скоротечно, и на месте старых желаний тут же появляются новые, порождая беспокойство и недовольство. Прекращение страданий достижимо, говорится в третьей из истин. Существует путь, ведущий к прекращению страдания. Это четвертая истина. Две с половиной тысячи лет назад Будда Шакьямуни назвал путь к избавлению от мучений «срединным», то есть лишенным крайностей. Сегодня «буддизм» и «срединный путь» — синонимы.

Сегодня храмовый комплекс Иволгинского дацана слывет одной из главных достопримечательностей Бурятии, наряду с побережьем Байкала и горными хребтами Саян. От столицы республики Улан-Удэ с раннего утра до позднего вечера до дацана можно за час доехать на двух маршрутных такси. Есть и быстрое прямое сообщение — семь раз в день ходит автобус. Ему специально присвоили номер 108. Это сакральное для буддистов число. Из 108 томов состоит Ганжур — главная книга тибетского буддизма, собрание сутр — изречений из области теологии, философии, истории, логики, медицины, приписываемых основателю религии — Будде Шакьямуни.108 стопок узких полуметровых листов, обернутых в разноцветные лоскуты ткани, выставлены в специальном шкафчике перед алтарем главного храма — Сог­чен дугана. Минимум раз в год все ламы дацана — около семидесяти человек — и более сотни студентов университета декламируют Священное Писание. На это уходит три дня. Считается, что присутствие на таком молебне равнозначно вниманию проповеди из уст Будды.

В обычные дни молебны, или хуралы, начинаются в девять утра — во всех десяти храмах ламы читают священные тексты в течение двух-трех часов и благословляют пришедших на службу. После хуралов ламы расходятся по своим домикам, где начинают «индивидуальную работу» с прихожанами. Буддийский священнослужитель — это не только вершитель религиозных обрядов, но и астролог, психолог, а зачастую и доктор.

Самый известный лама Иволгинского дацана, собиравший восемь раз в год десятки тысяч паломников, — это Даши-Доржо Итигэлов XII Пандито хамбо-лама — глава буддистов Бурятии в самом начале двадцатого века.

Филантроп, неутомимый организатор фондов помощи фронтовикам, вернувшимся с Первой мировой, врач и богослов, Даши-Доржо Итигэлов написал полсотни книг по различным аспектам буддизма и произносил проповеди, собиравшие тысячи человек. А в возрасте 75 лет, 15 июня 1927 года, он погрузился в медитацию, из которой так и не вышел. Перед уходом лама завещал «навестить» его через тридцать лет и проверить состояние тела.

Завещание ламы Иволгинского дацана Итигэлова исполнили в 2002 году. В местности Хухэ-Зурхэн в десяти километрах от монастыря отыскали могилу и в присутствии судмедэкспертов подняли погребальный короб. Откинув верхнюю крышку, эксгуматоры обнаружили сидящего в позе лотоса человека.

Его тело не проявляло признаков тления: кожа сохранила эластичность, суставы сгибались, на закрытых веках виднелись ресницы, на голове росли волосы. Позже обследовавший тело профессор Виктор Звягин, зав­отделом идентификации личности Российского центра судебно-медицинской экспертизы, заявил: «Нам не известны случаи такой сохранности тела. Это научная загадка». Эксперт не выявил признаков вскрытия тела или следов бальзамирования. Спектрофотометрический анализ взятых у «нетленного ламы» кусочков кожи, ногтей и волос показал, что они принадлежат живому человеку.

Несколько раз в год, во время крупнейших буддийских праздников, нетленное тело хамбо-ламы переносят в главный Согчен дуган. И вызывают ОМОН. Потому что справиться с десятками тысяч людей, желающих поклониться ламе, монахи не в силах. Получить благословение Итигэлова приходят и буддисты, и христиане, и неверующие, приезжают из разных районов Бурятии, из других регионов страны, из-за границы. Кто-то верит, что лама излечивает от болезней, кто-то надеется получить «инструкции» к просветлению, другие просто хотят отдать дань уважения человеку, победившему смерть.