ЖИЗНЬ

b_570_375_16777215_00_images_kas1.jpg

Каслриггское каменное кольцо, Озерный край, Англия

Озерным краем англичане называют Национальный парк Лейк-Дистрикт. Он является национальным заповедником Великобритании.

 

 

 

 

 

Озерный край (Англия)

 

 

 

 

 

 

Поднявшись вечером на самый верх перевала Харднотт-Пасс, можно увидеть чередующиеся сцены рождения и смерти. Вот заходящее солнце заливает желтым светом голые горные хребты. Их вершины похожи на сверкающие скалистые острова, беззвучно плывущие над серой морской бухтой в облачной пелене, которая наползает со стороны Атлантического океана.

 

Потом тишину нарушает порыв ветра, прижимающий к земле траву и стебли на горных склонах. С моря надвигается армада облаков. Темным приливом она накатывает на склоны, взбирается вверх по долинам и постепенно гасит солнечные лучи.

 

С высоты Озерный край похож на громадную сцену. Гора Скофел-Пайк, хоть и считается одной из самых высоких вершин в Англии, поднимается ввысь всего на 978 метров. Но если горам Камбрии и недостает высоты, это компенсируется их потрясающей красотой и прямо-таки сакральной ролью, которую этот край играет во взаимоотношениях британцев с природой.

 

В здешних горах солнце и проливные дожди внезапно сменяют друг друга. На заросшем папоротником плоскогорье видны небольшие живописные лощины. Деревни с извилистыми улочками, застроенными каменными домами, утопают в цветах. Бурные горные речки, пенясь бурунами на древних гранитных порогах, мчатся в озера Дер­вент-Уотер, Конистон-Уотер, Алс-Уотер, Уиндермир. Вот туман над поверхностью Уиндермира рассеивается, и взору открываются раскинувшиеся за ним просторные каменистые поля, поросшие низкой травой.

 

b_550_346_16777215_00_images_life_2012_02505l.jpg

Пейзаж с Круммок-Уотер похож на произведение паркового искусства. На отложениях ледникового периода красуется узор из каменных стен и изгородей

 

 

 

 

 

 

Вдохновение для поэтов

 

 

Здесь, в Озерном крае, среди пасторальных пейзажей можно увидеть обнаженные скальные выходы, и это сочетание идиллии с гнетущей суровостью природы образует дивные картины. В конце XVIII века эту местность в графстве Камбрия к северу от Манчестера открыли для себя английские поэты и художники — и запечатлели ее в своих произведениях. Поэты Сэмюэл Тейлор Кольридж и Уильям Вордсворт, самые значимые из ранних английских романтиков, противопоставляли здешний одухотворенный горно-озерный ландшафт техническим ритмам зарождающейся индустриальной эпохи. Своей новой религией они сделали Природу — и горы, реки и деревни Камбрии обрели новый, сакральный смысл.

 

Для них и красоты этого отдаленного уголка, и строгость ландшафта стали неким идеалом. Вордсворт называл деревню Грасмир, где он в 1799 году поселился в доме, увитом розами, «самым красивым местом на Земле», а благодаря его «Путеводителю по озерам» здешние края до сих пор как магнитом притягивают туристов.

 

“Природа края превращается в новую религию для поэтов и художников”

 

 

 

 

Дав коттедж или «Голубиный домик» Вордсворта

 

b_270_235_16777215_00_images_lake_district3.jpg Дав коттедж (Dove Cottage) или знаменитый Голубиный дом Вордсворта

 

Сейчас каждый год около семидесяти тысяч посетителей переступают порог «Голубиного домика» Вордсворта, благоговейно разглядывают его письменный стол, заходят в бывшую детскую, влажные стены которой вместо обоев оклеены газетами начала девятнадцатого века, и, затаив дыхание, выходят в сад, разбитый на склоне холма.

 

Улицы Грасмира, застроенные приземистыми домами из гранита и сланца, запружены толпами туристов. Кого тут только не встретишь: английские пенсионеры и школьники, гости из Японии, многочисленные альпинисты, экспрессивные итальянцы…

 

В Озерный край каждый год приезжает более пятнадцати миллионов туристов. Одни — чтобы почтить память Вордсворта, другие — чтобы подняться в горы по тропам, по которым когда-то взбирался к вершинам великий поэт. В витринах магазинов выставлены книги, описывающие каждый мало-мальски значимый эпизод из его жизни.

 

b_220_228_16777215_00_images_life_2012_4436.jpgАнглийский поэт-романтик Уильям Вордсворт

 

Озерный край, некогда восхищавший стихотворцев и живописцев своей первозданной природой, стал музеем британской культуры под открытым небом. Эти озера на севере Британии окутаны аурой искусства, как непроницаемым коконом.

 

 

 

Город Амблсайд и озеро Уиндермир

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Кольридж и его «уныние»

Неподалеку от Грасмира располагается город Амблсайд. Над озером Уиндермир возвышаются безлесные горы, похожие на скульптуры. Они уже не укрыты туманом, и их влажные склоны поблескивают на солнце как сказочные видения.

 

По озеру, включив сирену, проплывает старинный пароход. Развеваются на ветру вымпелы десятков яхт. Берег озера у Амблсайда покрыт мелким гравием. Кое-где торчат гранитные валуны, вода спокойна и темна, как космос. На берегу растут кусты роз, малина, таволга, боярышник и папоротник.

 

b_270_180_16777215_00_images_life_2012_0234.jpgНа берегу озера Уиндермир, Англия

 

На поэта Кольриджа местные красоты произвели такое впечатление, что он дал своему сыну имя Дервент — в честь одного из здешних озер. Но к Кольриджу Озерный край был не так благосклонен, как к Вордсворту, который стал поэтом-лауреатом благодаря написанным в Грасмире произведениям. Кольриджу совсем не подходил здешний климат, ревматизм и лихорадка на долгие зимние месяцы приковывали его к постели. Поэт забрасывал работу над своими заметками и поэтическими произведениями, в том числе над рукописью оды «Уныние», похожей на отчаянный крик, и лечился печально известными «черными каплями» — смесью красного вина и опиума. Летом, когда хвори отступали, Кольридж поднимался на окрестные вершины, перед которыми местные жители испытывали суеверный страх.

 

220p.jpegСэмюэл Тэйлор Кольридж - английский поэт-романтик

 

Даже сегодня вам не придется долго искать здесь «уныние». Несмотря на всю суматоху, царящую внизу, у озер, горы до сих пор словно покрыты тонким серым налетом викторианской грусти. Как и маленький провинциальный музей в Кесвике — с деревянными перилами, толстыми коврами и старой утварью. Снаружи, за застекленным деревянным эркером, источенным гнилью, в тени холмов играют в крикет школьники.

 

А внутри в витринах пылятся чучела животных и поблекшие рукописи. Некоторые бумаги обернуты зеленым фетром, чем-то напоминая мертвецов с повязкой на глазах. Вряд ли в Британии найдется другой пейзаж, в котором столько меланхолии — и столько душевных недугов. Многие поселившиеся здесь деятели искусств сначала воспаряли в творческом безумии, а затем теряли разум.

 

“Графство Камбрия на северо-западе Англии – обитель для поэтов и художников”

 

 

 

 

 

Джон Рёскин  - художник и писатель

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

Миф о перво-зданности

 0214s.jpgДжон Рёскин - английский писатель, художник, теоретик искусства, литературный критик и поэт

 

Джон Рёскин, художник и писатель, самый известный британский арт-критик XIX века, в 1871 году купил дом на берегу озера Конистон-Уотер. Из его старого дома в Брентвуде, превращенного в музей, посетители и сегодня могут наблюдать, как вечер медленно тонет в воде. Именно здесь Рёскин сформулировал свое философское кредо: «Нет никакого иного богатства, кроме жизни». И здесь, в этом сумраке, он провел последние десять лет.

 

Современным туристам нравится эта аура меланхолии. «Люди приезжают в Озерный край издалека, ищут заброшенные дороги и ездят по ним на своих машинах, отравляя окрестности выхлопными газами», — бурчит Харви Уилкинсон. Он заведует «Виллой искусств и ремесел Блэкуэлл». Это здание было построено в начале прошлого века богатым меценатом из Манчестера. Уилкинсон со своими изысканными манерами и необычными черными очками похож на пришельца из другого мира. Но в отличие от большинства туристов Уилкинсон пытается разглядеть за мифом истинное происхождение этого романтического ландшафта. Он видит не только идеальные, но и истинные черты этой страны озер, угрюмого края с блистающими горными склонами.

 

b_470_277_16777215_00_images_life_2012_012425.jpg

Столетний камень, которому на самом деле сотни миллионов лет. Если верить легенде, то сама природа создала его таким, человек лишь отшлифовал камень в местах раскола, придав ему совершенную форму.

 

«Даже самые первые поэты-романтики, воспевавшие здешнюю природу, были очарованы химерой, — говорит он. — Ведь пейзаж, который они прославляли, создан человеком». Древние с виду скальные выходы на самом деле появились после того, как всю здешнюю растительность съели овцы. Когда-то на склонах гор росли кусты и деревья, но уже в XVIII веке здесь начали пасти сотни тысяч овец. «Самое прекрасное место на земле» — миф. И не только потому, что некогда дикие ландшафты сейчас истоптаны толпами туристов. А потому, что пейзажи, воспетые известными поэтами, вовсе не первозданные.

 

b_470_470_16777215_00_images_life_2012_0254.jpg

Озерный край, наши дни

 

 

 

 

 

 

Нынешняя жизнь в озерном крае

 

 

 

 

 

 

 

История Д. Дикинсон

 

 

 

 

 

 

 

 

Поэты сменяются, традиции остаются

Для тех, кто сегодня живет в Озерном крае, эти места лишены всякой идиллии. Многие по-прежнему зарабатывают на жизнь, разводя овец, — британское правительство выплачивает им субсидии. Кое-кто сдает комнаты. Вот на ферме «Таунхед» к северу от Грасмира на стоянке перед приземистым побеленным домом с камином стоит заляпанный грязью «Лэндровер». На часах — пять утра, но краснолицый Дональд Ходжсон уже плетется по двору. Под ногами чавкает грязь. Дождь идет уже несколько дней. И все эти дни Ходжсон с рассвета до заката ищет на осыпающихся склонах своих насквозь промокших овец, которых пора стричь. Он заводит машину, и в прицеп прыгает большая шотландская овчарка колли.

 

Одним только сельским хозяйством прожить теперь невозможно. «Шерсть мы сжигаем, продаем только мясо», — говорит супруга Ходжсона, женщина с короткими светлыми волосами. Ее муж тем временем отправляется в горы на джипе. Вершины гор скрыты за облаками. Через низкие окна в гостиную вползает холодный свет, громко тикают настенные часы.

 

Джозефина Дикинсон тоже разводит овец. Эта худенькая женщина с застенчивой улыбкой живет на уединенной ферме в Пеннинских горах в восточной части Озерного края, куда туристы теперь не забредают. Сама себя она называет пастушкой-поэтом. Джозефине пятьдесят пять, и ее биография вполне могла бы стать сюжетом для викторианского романа. Она родилась в Лондоне и, будучи шести лет от роду, однажды утром вдруг проснулась совершенно глухой. Тем не менее, она изучала литературу и музыку, стала вполне успешным композитором, вела разгульную столичную жизнь, потом «сорвалась в штопор», превратилась в алкоголичку, а затем и в наркоманку. Человек, который избавил ее от героиновой зависимости, был пастухом, старейшим жителем деревни, в которой они и укрылись. Он стал ее мужем. Но его уже нет в живых — супруг Джозефины скончался в возрасте 96 лет.

 

Уже несколько лет Дикинсон считается новой надеждой британской поэзии. Сейчас после чтения своих стихов она сидит в полумраке у стойки бара при гостинице «Принц Уэльский» в Грасмире. Она выглядит хрупкой, как ее однофамилица, поэтесса Эмили Дикинсон, интроверт и гений позднего романтического периода. Главная тема стихов Джозефины — горы. Дождевые облака, рождение ягнят — самые обыденные вещи и явления обретают в ее поэзии свой голос. Даже форма деревьев превращается в мелодию.

 

Что есть реальность, а что — воображение? Джозефина Дикинсон освежает миф о Камбрии, превращая его в реальность. И вслед за всеми романтиками Озерного края хочет осуществить мечту Кольриджа — «устранить антагонизм между словами и предметами».

 

 

Источник: журнал «GEO»

 

text-align: justify

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Оставить комментарий от имени гостя

0 / 1000 Ограничение символов
Размер текста должен быть меньше 1000 символов

Комментарии

  • Комментарии не найдены



Получите вдвое больше полезной и интересной информации на Ваших социальных страничках


 

слушать радио онлайн

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ