Наверх

ЖИЗНЬ

This is a bridge
This bridge is very long
On the road again
This slideshow uses a JQuery script from Joomlack
Video example
This is a Video slide linked to Vimeo
Nice landscape
Imagine that you are on holidays

В белоснежный зал Галереи современного искусства входит автор выставленных в нём работ – и моментально заполняет пространство энергией легкости, света и жизнелюбия. С 16 лет он посвящает себя искусству фотографии. Сегодня имя Евгения Канаева широко известно в богемных и искусствоведческих кругах Татарстана и не только: его работы находятся в музеях и частных коллекциях России и за рубежом. На выставке «Проявление прошлого», которая проходит в ГСИ до 23 мая, представлены две серии фотографа – «Казань и казанцы», посвящённая городу 90-х годов, и «Звучание острова», зафиксировавшая ещё тот, забытый Богом и оторванный от мира, аутентичный Свияжск.

 

b_500_334_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-1.png

b_500_333_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-18.jpg

Фото: Роман Тетюев

 

БОЛЬШИЕ ПЕРЕМЕНЫ

 

 – Евгений Александрович, на выставке представлены Ваши работы 90-х годов. Сейчас вообще стало очень популярным то переломное время, особенно среди молодёжи. Как думаете, с чем это связано?

– Я думаю, у молодых людей обострено чувство противоречия. Они ведь сегодня находятся совсем в других условиях и не знают, как вообще люди жили в 90-е. Может, поэтому им и хочется приблизиться к тому времени. Но я сам никогда не говорю о 90-х плохо, потому что я человек такой – оптимистичный. В любое время – самое светлое или самое страшное – всегда найдутся какие-то вещи, которые вечные. Да, может быть, было не так сытно, не так с вещами хорошо, как сейчас. Помню, утром подъезжаешь к ЦУМу, а там уже стоит толпа – ждут, когда откроют двери. Их открывают, и все бегут, голодными глазами смотрят на полки – а они пустые. И вдруг лежат какие-то микроскопы – привезли! Я так и купил однажды микроскоп. Дорогой, но мне казалось, что он для чего-нибудь мне пригодится. Вот так же и все, хватали всё подряд.

 

– А что происходило в Вашей жизни в 90-е?

– А я как раз пришел работать фотокорреспондентом в молодёжную газету «Татарстан Яшьлере». Вообще, по специальности я инженер, но как раз в то время моё хобби стало моей работой. И для меня это был очень интересный период. Жизнь кардинально поменялась: я с завода пришёл в творческую среду. Я снимал и по заданиям редакции, и помимо них – мне всё было интересно. В редакции даже и не ожидали, что я сниму что-то побочное, будучи непривыкшими к такому обилию фотографий. Им было тоже интересно со мной. Там я проработал почти 10 лет. Как раз этот период и отражён на выставке, особенно в казанской серии.

 

b_400_610_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-2.jpg

Евгений Канаев в редакции газеты «Татарстан Яшьлере». Фото из личного архива фотографа

 

–  Удивительно, как при чёрно-белой обработке эти фотографии наполнены жизнерадостностью, яркостью моментов, теплым светом. Люди на них выглядят просто и счастливо.

– На самом деле, в то время многие ждали, когда же мы уже достигнем дна, чтобы начать подниматься наверх. А я не ждал, я, несмотря на свой оптимизм, умом доходил до осознания того, что это всё надолго, что мы будем только падать и падать ниже. Я старался не обращать внимания на то, что происходило на улице: ни на пьяных в подворотнях, ни на драки, ни на группировки…

Вспоминается случай. В 90-е на улицах была популярна игра со стаканчиками: их переворачивают, под один кладут деньги какого-нибудь прохожего и быстрыми движениями перемешивают; если прохожий не угадал, под каким остались купюры – ему их не возвращают, он проиграл. Понятно, что в такой игре были свои секреты. И вот однажды я такую игру попытался снять на улице. Но ко мне тут же подошли и сказали: «Засвети плёнку». Я, конечно, спорить не стал, их там целая толпа была, а я один. Я открыл и закрыл фотоаппарат, а они мне три рубля за это дали. Благородно поступили.

 

b_500_330_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-15.jpg

«В любое время – самое светлое или самое страшное – всегда найдутся какие-то вещи, которые вечные.»

 

 

СОВЕТСКИЙ ИНФАНТИЛИЗМ И МУДРОСТЬ ПРЕЗИДЕНТОВ

 

– Какая была Казань 90-х? Отличалась ли она от остальных городов страны?

– Нет, практически ничем не отличалась. Я был и в Москве, и в Пензе, и в Курске, и в Махачкале. Везде были одинаковые облезлые дома. Их когда-то однажды покрасили, и чуть ли не со времён Революции они так и стояли. Вот как наш Мергасовский дом. За какими-то общественными зданиями по типу театра ещё ухаживали, подкрашивали, а на те дома, где жили люди, просто не хватало денег. И сами жильцы особо внимания на это не обращали. Да и было у людей какое-то чувство, что обо всём этом должно заботиться государство, не они. Казалось бы, возьми, отремонтируй своё же окно – нет, форточка будет бултыхаться, но это обязано ЖКХ прийти и сделать. Был в этом какой-то инфантилизм советский. Сейчас люди более хозяйственны, по-моему, по отношению к тому месту, где живут. Может быть, потому что они его сами купили, а не на заводе получили, например.

 

b_500_326_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-4.png

Мергасовский дом. «Было у людей какое-то чувство, что обо всём этом должно заботиться государство, не они.»

 

– Тем не менее, в Казани именно в 90-е было положено начало истории процветания региона. Татарстан получил суверенитет. Что за мероприятие проходит на фото с Площади Свободы?

– На этом кадре как раз отображены те события. Когда распадался Союз, по многим республикам шли парады суверенитета, в том числе и у нас. Приехал Ельцин, дал нам немного свободы и прав. Это был очень подходящий момент.

 

b_500_327_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-10.jpg

«Когда распадался Союз, по многим республикам шли парады суверенитета, в том числе и у нас.»

 

– Интересен кадр, где по Свияжску идет Минтимер Шарипович. Возможно, как раз в этот момент у него в голове зарождается план по возрождению острова. Это был дебютный приезд Первого Президента Татарстана в Свияжск?

– Да, он был там впервые. Руководители Татарстана до этого в Свияжск не ездили, он в своё время был неким оплотом русской экспансии. Но Минтимер Шарипович, видимо, сразу понял, что развитие этого места может оказаться полезным для культурной политики региона. Обратите внимание, на снимке все вокруг него идут с равнодушным видом, у кого взгляд опущен вниз, кто зевает. Один Минтимер Шарипович всем вокруг интересуется, всё рассматривает. В итоге Свияжск и Булгары, как центры православной и мусульманской культуры Татарстана, начали параллельно реставрировать. Это было очень мудрое решение.

 

b_500_320_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-11.jpg

 «Свияжск и Булгары, как центры православной и мусульманской культуры Татарстана, начали параллельно реставрировать. Это было очень мудрое решение.»

 

– Вы запечатлели Свияжск до периода его возрождения, которым принято считать время деятельности Фонда «Янарыш», учреждённого Минтимером Шариповичем. В 2008 году остров соединили с большой землей при помощи дамбы. Потерял ли он после этого момента свою самобытность?

– Самому острову, конечно, это не нанесло вреда, только наоборот. Но бывает, что современный Свияжск «поругивают» – художники, например. Раньше туда приедешь, отдыхаешь душой, народу мало, никто не ходит. Там жизнь не как в городе и даже не как в деревне. Это какое-то третье состояние, «запровинциальное». Люди живут какой-то своей жизнью. Даже начальство туда не приезжало. Это ж как отрезанный ломоть такой. 

 

– Сейчас Вы фотографируете Свияжск? Какой он сегодня?

– Только по заказу, для книги снимал. Он сейчас такой… как пряник. Теперь там есть дороги, электричество, водопровод. В начале двухтысячных там поставили опору для электропередачи: с большой земли через Свиягу повисли провода. Они, конечно, портили вид. Но когда началась работа по включению Свияжска в Список Всемирного наследия «Юнеско», их убрали.

 

 

СОДЕРЖАНИЕ, КОМПОЗИЦИЯ, СОБАКИ

 

– Почти на каждом втором фото встречаются животные. Чем они привлекательны для хорошего кадра?

– Где есть животные, там люди становятся добрее. Собака ищет друга, а друг ищет собаку, потому что они друг друга любят. На самом деле, я животных неспроста использовал в фотографировании. Поскольку я по характеру всегда был стеснительным человеком, мне часто было неловко просто так снимать людей на улице. А если рядом животные бегают, я как будто их и снимаю, а люди заодно в кадр попадают.

 

2021-05-05-5.jpg

«Где есть животные, там люди добрее.»

 

– На фотографии, где бабулька и собака одновременно чешутся – удивительное совпадение!

– У меня это фото не с первого раза получилось. Смотрю, есть бабулька, есть собака – мой кадр. Ну, я и давай снимать. Бабулька сначала отворачивалась, я тогда начал с собакой разговаривать, она повернулась. И потом раз, и удачно совпало – и собака зачесалась, и бабулька тоже стала. Это вот везёт, везёт... Когда что-то делаешь с любовью, обязательно повезет. Кадр, он ведь зависит буквально от каждой мелочи, от движения, от выражения лица, от чего угодно. Вот здесь, например, мне понравилось, как форточка открыта. Короче, всякая ерунда мне нравится! (Смеётся) Но её надо видеть. И так, чтобы она не только тебе понравилась, но и другим.

 

– Вы говорили в своих интервью, что ЧБ помогает  не отвлекаться на цвет и сосредоточиться на содержании, на смысле фотографии. А бывают моменты, когда Вы чувствуете, что всё-таки необходим цвет?

– Да, конечно. Когда там есть цвет. Цветная фотография это ведь не просто голубое небо и зелёные листья. Это совсем не относится к искусству фотографии. Должно так сложиться состояние природы и цветовое оформление кадра, чтобы одно дополняло другое. Чтобы это была действительно цветная фотография, а не просто раскрашенная картинка. Но такого бывает трудно добиться, редко складывается. Цветом надо постоянно заниматься, учиться его чувствовать. На самом деле это не так просто. Нужно не только фотографировать, надо ходить на выставки, слушать музыку, смотреть хорошие фильмы. Ты должен нарабатывать культурный слой у себя в голове, который в нужный момент позволит тебе вычленить из миллиона кадров одно стоящее фото. Но бывает, что просто везёт: попадаются такие состояния окружающего мира, в которых всё складывается. Я вот, например, голубое небо не люблю на фото, меня прямо от него тошнит. Мне нравится небо грозовое. Вот позавчера было такое. Вы видели закат? Темное грозовое небо, и вдруг откуда-то пробивается солнце. Вот такое состояние можно снять и в цвете.

 

– То есть, цвет сам по себе может нести в себе смысл.

– Цвет может быть даже главным героем. В кадре может ничего, кроме него, не быть, никакого сюжета. Просто какая-то дверь, кусок стены или ещё что-то в этом роде. Возможно, это будет абсолютно абстрактная вещь, но цвет – выступит её основным содержанием.

 

– И всё же, для Вас фотография – это больше про композицию или про содержание?

– Есть куча разных фотографов: одни видят смысл в композиции, другие в содержании, третьи в абстракции, например. А для меня смысл есть во всем. У меня и содержание должно быть, и композиция, и чтобы собачка пробежала (смеётся).

 

b_500_355_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-6.png

«Иногда люди говорят: "О, как это он увидел? Я вот хожу мимо этого и никогда не замечал". Вот это и есть видение. Ты что-то видишь, а другие нет. И научить этому, мне кажется, крайне сложно.»

 

– Когда наступила эпоха цифровой фотографии, для Вас что-то поменялось?

– Для меня – ничего. За исключением того, что я сейчас ещё более расточителен в количестве кадров. Я и раньше-то плёнку не жалел, когда снимал: меньше десятка плёнок на одну съемку не брал. А сейчас я даже ещё большую свободу чувствую. Вообще себя не сдерживаю, могу снимать и снимать. С другой стороны, это расслабляет. Думаешь, ладно, сейчас промахнулся, в следующем кадре попаду точно в композицию.

 

– То есть, сам процесс проявки для Вас не важен?

– Я в своей жизни столько «напроявлялся»! И пленку проявлял, и печатал. Особенно, когда работал в газете, там каждый день этим нужно было заниматься. Прибегаешь со съемки, тут же быстро проявляешь снимки, иногда даже толком не промываешь плёнку, сполоснешь, высушишь, напечатаешь... Сейчас мне намного проще в этом плане.

 

– Если проанализировать мгновение, когда Вы решаете: именно в этот момент нужно нажать на затвор, сделать кадр – что движет Вами? Это больше осознанное или подсознательное?

– Хотел сказать «подсознательное», но сознание вначале всё же в этом тоже участвует. Сознание направляет объектив в нужную сторону, туда, где происходит что-то интересное. А подсознание уже работает в самом процессе. Там хорошая фотография от плохой отличается буквально миллиметром. Ты должен или подсесть чуть-чуть, или чуть выше снять. И всё это надо решить в какие-то мгновения. Вот в них уже срабатывает подсознание. И опыт.

 

 b_600_384_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-7.png

На выставке «Проявление прошлого» в Галерее современного искусства ГМИИ РТ. Фото: Роман Тетюев

 

 

МЕДИЦИНА И ВДОХНОВЕНИЕ

 

– У Вас были учителя в фотографировании?

– Да. Александр Георгиевич Семёнов. Он был руководителем фотостудии в Зеленодольске, где я родился и живу сейчас. Александр Георгиевич никогда не говорил нам «делай так, снимай вот таким образом». Мы, его ученики, снимали каждый сам по себе, потом разрезали пленку на шесть кадров, располагали на одном общем листе, освещали и печатали. Он смотрел на эти маленькие «кадрики» и составлял по ним какое-либо мнение. Иногда выделял какие-то снимки крестиком или, наоборот, восклицательным знаком – это означало, что нужно присмотреться к этому кадру, в нём есть что-то стоящее.

 

– А ученики у Вас есть?

– Наверное, нет. Многие просятся, чтобы их я чему-то обучал. Но я просто не знаю, как можно научить видеть. Этому не научишь. Можно научить композиции, золотому сечению и т.п. Человек умом будет работать, но если таланта, видения нет – художником ведь не станешь. Иногда люди говорят: "О, как это он увидел? Я вот хожу мимо этого и никогда не замечал". Вот это и есть видение. Ты что-то видишь, а другие нет. И научить этому, мне кажется, крайне сложно.

 

b_600_423_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-8.png

Работы Евгения Александровича на стенах отделений МКДЦ

 

– В коридорах МКДЦ висит несколько Ваших работ. Как думаете, для чего они там? Какое воздействие оказывают?

– Надеюсь, терапевтическое. Мне действительно так кажется, потому что они на меня самого так действуют. Сначала – когда фотографирую, а потом – когда отбираю снимки. И если нахожу среди них шедевр, это меня вылечивает от всего на свете. Прекрасное ощущение. Вдохновение помогает жить. Если оно есть, у человека никогда не будет депрессии, как минимум.

 

b_500_330_16777215_00_images_life_2021_2021-05-05-9.png

«Любимая работа на своей выставке - «Вокруг колонки». Другие фотографы, которых я уважаю, сказали: «Да, кадр отличный, но открытая форточка сделала его шедевром».

 

– Каждую Вашу работу хочется рассматривать до мелочей. У Вас есть любимая работа на выставке?

– Вот эта – «Вокруг колонки». Это изначально был цветной кадр, он был сделан на пленку. Я когда увидел эту картину, сразу понял – здесь кипит жизнь. Где народ толпится, там мне и интересно. И ведь это совершенно спонтанный кадр. Здесь всё так удачно сложилось. Даже фазы движений, три линии – одна, вторая, третья. Это всё играет на кадр. Не будь здесь этой струи, совсем другой был бы снимок. Она такая светлая, сразу обращает на себя внимание. И даже эта открытая форточка – и то, действует. Я сам этого даже не осознавал, пока мне другие фотографы, которых я уважаю, не сказали: «Да, кадр отличный, но открытая форточка сделала его шедевром». Наверное, моё подсознание мне это подсказало в тот момент, когда я нажимал на затвор.

Маргарита Салимгареева

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Оставить комментарий от имени гостя

0 / 1000 Ограничение символов
Размер текста должен быть меньше 1000 символов

Комментарии

  • Комментарии не найдены