Наверх

МКДЦ

Партнерский проект

 «Единственными нашими учителями являются те,

кто говорят «делай со мной».

Жиль Делез, французский

философ-постструктуралист

 

О стажировке в одном из ведущих медцентров мира и о том, как межконтинентальное сотрудничество развивает высокие технологии в нейрохирургии Татарстана, рассказывает врач Арсений Пичугин 

 

В отделении нейрохирургии МКДЦ Арсений Анатольевич Пичугин работает 11 лет, с 2010 года. Врач специализируется на хирургии основания черепа и выполняет оперативные вмешательства в глубинных отделах головного мозга. Главными условиями работы любого хирурга называет точность, деликатность и безупречные знания. И совершенствует каждое из них – рука об руку с родным коллективом и вместе с коллегами из медицинских центров по всему миру.

Годовая стажировка по программе нейроанатомии (август 2019 – август 2020) на базе Центра хирургии основания черепа Питтсбургского университета (UPMC Presbyterian) под руководством профессора Пола Гарднера (Paul Gardner) стала продолжением и укреплением сотрудничества с этой клиникой. В 2015 году, после победы в открытом республиканском конкурсе на получение гранта Президента Республики Татарстан, Арсений Анатольевич 2 месяца стажировался в Питтсбурге. Тогда в основном в качестве наблюдателя. На этот раз целью стало совершенствование навыков и освоение новых оперативных методов.

b_250_299_16777215_00_images_icdc_2021_2022-01-17-3.jpg

О программе и о том, почему она так нужна практикующему нейрохирургу

— До недавнего времени многие опухоли и сосудистые аномалии головного мозга считались неоперабельными. Таким пациентам могли предложить только паллиативную терапию. Некоторые области головного мозга, такие как кавернозный синус и ствол головного мозга с их множеством важных нервных структур и центров, были для нас своего рода «территориями, куда не ступала нога человека», – поясняет Арсений Анатольевич. – Сейчас в наших руках невероятные технические ресурсы – микроскопическая и эндоскопическая техники, нейровизуализация, нейромониторинг, нейронавигация, благодаря которым стало возможным решать сложные клинические задачи. Но лучшей навигацией для любого хирурга всегда будет хорошее знание анатомии.

b_500_343_16777215_00_images_icdc_2021_2022-01-17-4.jpg

Участники (первый ряд) программы нейроанатомии с руководителем программы – профессором Полом Гарднером (второй ряд, второй справа)

Весь мир убежден: путь к успеху в операции лежит через изучение нейроанатомии в кадаверных лабораториях. Только изучив структуры на анатомическом препарате и несколько раз отработав доступ на кадавере, возможно добиться большей безопасности и радикальности оперативного вмешательства в практике врача.

Я подал заявку на участие в программе хирургической нейроанатомии Питтсбургского университета, прошел многоступенчатый отбор и был приглашен на стажировку, вместе с врачами из других стран. Каждую неделю мы обсуждали с нашими кураторами вопросы как нейроанатомии в частности, так и нейрохирургии в целом. А ежедневно, с 9 до 19 часов, я работал в лаборатории, в которой расположены 3 станции с микроскопами и 3 эндоскопические станции, есть все необходимые инструменты и анатомические препараты. На них мы выполняли диссекции, фотографировали эти результаты и составляли 3D презентации из наиболее удачных снимков.

 

b_400_235_16777215_00_images_icdc_2021_2022-01-17-5.jpg b_400_330_16777215_00_images_icdc_2021_2022-01-17-6.jpg

Работа в лаборатории Центра хирургии основания черепа Питтсбургского университета (UPMC Presbyterian)

О решении вопросов с кадаверным материалом

— Возможность работать в таких лабораториях – одна из причин, по которой врачи со всего мира стараются попасть на стажировку в США. В Штатах реализован законодательный подход, который можно назвать оптимальным с точки зрения обеспечения доступности кадаверного материала для учебных заведений, научных институтов и медицинских центров. Ритуальные услуги в стране дорогостоящие. Семьям, которые не могут позволить себе расходы, связанные с захоронением родственника, предлагается альтернативный, законный, и уже, если так можно выразиться, привычный для многих вариант. Определенной выплаты и оформления соответствующих документов достаточно, чтобы передать тело погибшего/умершего организациям для использования в учебных и научных целях. В России законодательное решение этого вопроса иное. Тело умершего человека может быть передано организациям для таких целей только в том случае, если его личность установлена, но не найдены родственники или знакомые, которые готовы взять на себя обязательства по захоронению. Организация же должна направить соответствующий запрос. Также по закону можно завещать свое тело науке. Но много ли среди ваших друзей или знакомых желающих завещать свое тело науке? Среди моего окружения таких нет.

Работа с кадаверным материалом и доступ к нему важны для врача на протяжении всей его деятельности, с первых занятий в «анатомичке» вуза. Так мы укрепляем существующие и получаем дополнительные знания в своей области, а значит лечим лучше и больше.  

 

Об организации практики и работы в операционных

– Работа хирургических бригад организована практически так же, как у нас, – делится наблюдениями врач. – Существенное отличие, пожалуй, лишь в том, что резиденты отделений подготовлены настолько качественно, что могут провести большую часть операции самостоятельно. Во многом это связано как раз с тем, что неотъемлемой частью их подготовки является нейроанатомия, а значит – обязательная и практически постоянная работа в кадаверных лабораториях. Это общий для развитого мира образовательный тренд. Такие мировые мастера нейрохирургии, как Гази Ясаргил, Альберт Ротон и Эвандро де Оливейра считали, что нейрохирург должен как минимум 1 год провести в микрохирургической лаборатории, изучая хирургическую микроанатомию и технику микродиссекции. За счет того, что резидент на высоком уровне владеет профессиональными навыками, зачастую врач-хирург выполняет лишь самые ключевые манипуляции, поэтому может перемещаться между операционными и одновременно курировать несколько вмешательств. Это для них обычная повседневная практика.   

 

О простых бытовых и глобальных жизненных моментах

— Я снова увидел Питтсбург спустя 4 года. Немало времени прошло, но даже двухмесячный опыт жизни здесь в 2015 году помог мне быстро адаптироваться к городу снова. Подходящий вариант жилья нам помогли подобрать знакомые, которые там живут. Я им очень благодарен. На годовую стажировку поехал вместе с семьей – женой и маленьким сыном, которые меня всегда и во всем очень поддерживают. Поэтому вопрос комфортного для них жилья был для меня одним из самых важных. В программе стажировки не предусмотрены расходы на аренду – в этом мне помог грант Республики Татарстан «Алгарыш».

Мы жили в хорошем районе. Недалеко от дома был парк и, что особенно приятно, — детская площадка. Их в США не так много. По той причине, что каждая из них должна быть строго лицензирована. Нам повезло с местами для прогулок и игр с ребенком.

До работы ездил на велосипеде. Инфраструктура города очень удобна для велосипедистов, а система аренды похожа на нашу: есть специальное мобильное приложение и много точек-стоянок.     

Год пролетел незаметно, стал временем ярких впечатлений и счастливых моментов, но, конечно, хотелось вернуться домой. А это было непросто. Раньше мне казалось удивительным, как люди могут нести с собой в перелеты и путешествия по 10 чемоданов?! А тут мы сами за год «обросли» вещами… Уложиться-то мы уложились. Но рейсов в Россию не было. Постоянные отмены, переносы… Билетов не достать… Все же, пусть и с несколькими пересадками, мы вернулись в Казань.

Хотел бы я остаться в США? Нет. Я люблю наш город, свою работу, родной коллектив. Хочу работать у нас, в МКДЦ.

b_500_334_16777215_00_images_icdc_2021_2022-01-17-7.jpg

На операции с заведующим отделением нейрохирургии Алексеевым А.Г.

После стажировки

– То, что я получил за год в Питтсбурге, теперь реализую на практике. Старался изучить те операции, которые мы еще не делаем или только начинаем, – рассказывает Арсений Анатольевич. – В нашем отделении мы расширили спектр оказания помощи пациентам с патологией основания черепа, оперируем пациентов с множественными каверномами головного мозга, в том числе ствола головного мозга, и в целом повысили уровень дискуссии при обсуждении пациентов. В решении сложных клинических случаев нам помогают и зарубежные коллеги, в том числе те, с которыми я сотрудничал во время стажировки. Мы постоянно поддерживаем связь, обсуждаем клинические ситуации, делимся опытом. И совершенствуемся в оказании помощи нашим пациентам.

 

Подготовили

Ксения Дробот, Альбина Абсалямова

Фото: Роман Тетюев, личный архив А.А. Пичугина

 

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ

Оставить комментарий от имени гостя

0 / 1000 Ограничение символов
Размер текста должен быть меньше 1000 символов

Комментарии

  • Комментарии не найдены