Пульс 240 ударов в минуту. При норме в 60-100 ударов. С таким сердцебиением пациент недавно оказался на операционном столе в МКДЦ. При такой частоте оно практически не успевает полноценно наполниться кровью и хуже справляется со своей основной задачей — поддерживать кровообращение.

 

После вмешательства сердцебиение удалось вернуть в полную норму - 70–80 ударам в минуту. Если раньше основным вариантом оставалась лекарственная терапия, сегодня врачи могут воздействовать непосредственно на участок сердца, в котором возникает неправильный электрический импульс: нагреть его, заморозить или использовать другие виды энергии. А в МКДЦ одно из активно развивающихся направлений — криоабляция, лечение холодом.

 

На сегодняшний день в центре выполнено более 500 подобных вмешательств эндоваскулярно и открыто у пациентов с мерцательной аритмией.

 

Аритмия — общее название для нарушений нормального сердечного ритма. Сердце сокращается благодаря электрическим импульсам, которые в норме возникают и распространяются в определённой последовательности. Если появляется дополнительный источник электрической активности или импульс начинает идти неправильным путём, ритм может сбиваться.

 

Человек в этот момент способен ощущать сильное сердцебиение, слабость, одышку, быструю утомляемость. Иногда приступ начинается практически без причины — например, во время отдыха. 

 

 

Заведующий отделением кардиохирургии 2 Марат Асхатович Сунгатуллин

 

 

— Сидит человек на диване, отдыхает и внезапно у него пульс 160. При этом он замечает, что прямо сердце сейчас выпрыгнет, отмечает слабость, одышку, утомляемость. Эти эпизоды сначала чаще всего носят эпизодический, кратковременный характер, — поделился заведующий отделением кардиохирургии 2 Марат Асхатович Сунгатуллин.

 

Со временем приступы могут возникать чаще, а у части пациентов нарушение ритма становится постоянным. Особенно тяжело сердцу приходится, когда неправильный ритм одновременно сопровождается очень высокой частотой: его камеры не успевают наполниться кровью, и насосная функция постепенно страдает.

 

В МКДЦ хирургические методы лечения аритмий применяются уже более десяти лет. С 2014–2015 годов в центре выполняли радиочастотные вмешательства на открытом сердце. Новый этап начался после появления электрофизиологического оборудования: с 2023 года направление стало активно развиваться, а в арсенале специалистов центра появились разные способы воздействия на очаг аритмии.

 

   

 

— Из года в год мы обращаем внимание, что медицина все-таки не стоит на месте. Где-то лет 10 назад я относился скептически к новым методам. А на сегодняшний день я уже говорю: да, действительно, данные методы достаточно эффективны, причем у большого количества пациентов, — поделился наблюдением Марат Асхатович.

 

Один из них — радиочастотная абляция. Через сосуды к сердцу проводят тонкие катетеры. На их концах находятся электроды, которые считывают электрические сигналы непосредственно из разных участков сердца. По этим данным врач ищет источник нарушения, а затем воздействует на необходимую область радиочастотной энергией.

Другой вариант работает по противоположному физическому принципу: вместо нагревания ткань замораживают. Так пациент переносит операцию гораздо легче.

 

При криоаблации большая операция на грудной клетке не требуется. Через прокол в области бедра врач входит катетером в вену и по сосуду достигает правого предсердия. Затем через небольшой прокол межпредсердной перегородки инструмент проводят в левое предсердие.

Отверстие совсем небольшое, обычно около нескольких миллиметров. После этого по системе доставки в сердце вводят сложенный баллон, который расправляют уже внутри.

 

Баллон подводят прямо к участку где возникает патология. В него поступает закись азота, поверхность охлаждается примерно до –60 градусов, и небольшой участок ткани замораживается. 

 

— Мы, составив картину, понимаем, что здесь основной очаг, который вызывает аритмию, от него уже расходятся по всем тканям сердца неправильные импульсы и можем его изолированно прижать — и всё, — объяснил простыми словами Марат Асхатович.

 

Сегодня таким способом можно воздействовать прежде всего на зоны вокруг устьев лёгочных вен. Дальнейшее развитие оборудования должно позволить врачам точнее видеть анатомию сердца и электрическую активность отдельных его участков, а значит — находить более сложные источники аритмии и воздействовать непосредственно на них.

 

Есть и другая группа пациентов: нарушение ритма у них сочетается с пороком сердечного клапана, который сам по себе требует открытой операции. Раньше в такой ситуации хирурги могли устранить клапанный порок, однако аритмия сохранялась. Сердце начинало работать эффективнее благодаря восстановленному клапану, но неправильный ритм продолжал влиять и на самочувствие человека, и на насосную функцию сердца.

 

 

Теперь во время одной операции можно решать сразу две задачи. В 2026 году в МКДЦ начали применять оборудование для криоабляции на открытом сердце. Гибкая насадка принимает форму нужного участка, после чего охлаждается и позволяет обработать зоны, связанные с возникновением аритмии. На сегодняшний день в центре выполнили уже 15 таких вмешательств.

 

То есть, в таком случае, пациенту не только ремонтируют или протезируют клапан, но одновременно стараются восстановить нормальный сердечный ритм.

 

Особенно важным новый взгляд становится при тяжёлой сердечной недостаточности.

Когда сократительная способность сердца резко снижена, прогноз пациента может выглядеть неблагоприятно. Однако в некоторых случаях одной из причин такого ухудшения оказывается сама аритмия. Если сердце месяцами работает слишком быстро или неритмично, оно постепенно истощается. 

 

— Технология меняется, взгляд на этих пациентов сейчас стал абсолютно другой. То есть если раньше мы людям с фракцией выброса 17–20 говорили, что единственное, что можно сделать это — трансплантация, больше нет шансов, то сейчас, если мы видим, что у пациента помимо того, что имеется снижение сократительной способности, есть ещё аритмия, то сама аритмия может приводить к снижению сократительной способности. Поэтому, если ликвидировать аритмию, высокой долей вероятности у пациента на этом фоне увеличится сократительная способность, — рассказал Марат Сунгатуллин.

 

Фракция выброса, о которой говорит Марат Асхатович, показывает, какую долю крови левый желудочек выбрасывает при каждом сокращении. Очень низкий показатель означает, что сердце серьёзно ослаблено. Но если часть этого снижения связана именно с длительной аритмией, восстановление нормального ритма в некоторых случаях позволяет сердцу постепенно вернуть часть утраченной функции.

 

По словам специалиста, особенно активно такое отношение к пациентам стало меняться в последние пять-шесть лет. Сейчас в МКДЦ такие операции сведены практически до потока.

 

— На сегодняшний день мы с 2023 года уже выполнили более 200 регулярных процедур при лечении и более 300 процедур в условиях открытой операционной по лечению аритмии, — поделился Марат Сунгатуллин.

 

 

Катетерные вмешательства отличаются от привычного представления об операции на сердце. Пациента не обязательно вводят в общий наркоз, а доступ осуществляется через небольшие проколы сосудов. Во время процедуры человек чаще всего остаётся в сознании и может разговаривать с врачами. Используется местная анестезия, при необходимости дополнительно вводят обезболивающие. Интересно, что изменение ритма человек иногда замечает прямо во время вмешательства.

 

— И даже на операционном столе, когда происходит смена ритма, пациент сразу замечает это, что чувствует точно его сердце. Представьте, у вас колотилось сердце,  а тут стало нормально работать, — привел пример Марат Асхатович.

 

После катетерной процедуры пациент обычно остаётся в стационаре несколько дней. Врачи выполняют УЗИ сердца, ЭКГ, рентгенографию, следят за состоянием мест прокола. Как правило, на второй-третий день они уже заживают, а спустя три-четыре дня человек может быть выписан.

 

На этом наблюдение не заканчивается. После операции пациента вновь осматривает хирург, а в течение первого года состояние контролируют примерно каждые три месяца. Если ритм остаётся стабильным и других проблем нет, затем пациент продолжает наблюдаться у кардиолога по месту жительства.

 

—  Сегодня эти вмешательства в МКДЦ уже перестают быть единичными операциями. С накоплением опыта процедуры становятся регулярнее, меняется и сама работа команды. Если раньше это было на уровне энтузиазма, то сейчас опыт постепенно, с каждой операции становится всё выше и выше. То есть если у нас раньше уходило на данную процедуру около трёх часов, то сейчас мы уже укладываемся в час или полтора, — подчеркнул врач.

 

Следующий этап — ещё более точное картирование сердца. Специальная система позволит врачу получить не просто набор электрических сигналов с нескольких электродов, а объёмную картину полости сердца с нанесёнными на неё зонами патологий. Такое оборудование в МКДЦ рассчитывают получить в рамках дальнейшей модернизации.

 

 

Развиваются и принципиально новые способы лечения электрической энергией. Пока, отмечает врач, у таких технологий ещё недостаточно наблюдений в перспективе, чтобы говорить о замене уже проверенных методов. Но направление постепенно входит в клиническую практику.

 

— Он появился относительно недавно и отдаленных результатов пока нет. Поэтому о нем говорить как действительно о действующем методе, который мог, мог бы заменить радиочастотного, и пока я лично не могу. Но уже выходят статьи об успешных вмешательствах с успешным применением данного метода лечения, — объяснил Марат Асхатович. 

 

На карте сердца отмечаются зоны, из которых исходят патологические импульсы. После воздействия на эти участки аритмия не распространяется на остальную ткань сердца — источник изолирован.